arktal (arktal) wrote,
arktal
arktal

"Медсестра в Израиле - это круто"

Оригинал - София Авдюхина, Такие дела

Я переехала в Израиль из Москвы, где работала журналистом. У меня не было плана именно переезжать на постоянное место жительство в другую страну, мне просто хотелось попробовать и посмотреть, что из этого получится. В итоге я обнаружила себя студенткой Еврейского университета в Иерусалиме.

Это, действительно, получилось случайно. Мы c подругой сидели в Тель-Авиве и разговаривали о том, что происходит в Москве: многие уезжают, работать в журналистике особо негде, все хорошие редакции закрываются, а люди уходят в другие профессии. Стало понятно, что наступило другое время, и раз оно другое, может, нужно научиться чему-то новому? И тут подруга предложила: «А не пойти ли тебе учиться на медсестру? Это же так классно. Писала бы потом заметки про своих пациентов». Так я оказалась на собеседовании в Еврейском университете.


Если бы я тогда знала, что меня ждет в плане учебы, никогда в жизни не стала бы поступать. Во-первых, это очень трудно. В российском сознании медсестра — низший медицинский состав, который всегда на подхвате. Максимум, что она делает, это прививки. А здесь это полноценное высшее образование. Первый год я была в полном шоке и училась буквально из-за чувства вины перед друзьями и теми, кто помогал мне поступить. Большинство предметов — например, химия и биология — были для меня азбукой Морзе, не говоря о том, что первые полгода я почти не понимала профессоров, говорящих на иврите. Но пришлось приспосабливаться, и ко второму году я с удивлением обнаружила, что мне становится интересно.

Вообще, я до сих пор ужасно смущаюсь, когда говорю, что поступила учиться на медсестру. Мои русские друзья обычно сильно удивляются и спрашивают, почему не на врача. А израильтяне, наоборот: говорят: «О, медсестра! Это очень сложно, но круто и интересно!»

Профессия медсестры здесь действительно ценится. В Израиле медсестра — абсолютно самостоятельная специальность. Конечно, доктор выбирает лечение, и ты, как медсестра, должна быть в курсе, но, если пациент лежит в больнице, именно медсестры составляют программу ухода. Здесь у медсестры гораздо больше ответственности. Когда, например, собирается консилиум врачей и решает, что делать с пациентом, медсестра тоже участвует, потому что она чуть ли не единственный человек, который больше всего пациента видел и знает. Ее мнение так же ценно в выборе курса лечения, как и мнение врача.


Сейчас я уже учусь на втором курсе, и скоро у нас начнется практика в больнице. Студенты приходят в разные отделения и под руководством медсестры-координатора делают то, чему их учат в университете. В каждом отделении они практикуются по полгода, так что к концу учебы представляют, что им интересно, и могут уверенно выбрать специальность. Это местный подход к обучению — только через опыт можно чему-то научиться. Конечно, есть теория, предметы, на которых много объясняют, но основной упор делается на практике. Одно дело сидеть в аудитории и слушать теорию, а другое — когда тебе что-то объяснили, а ты потом увидел, как это происходит в реальности.

Израиль очень сильно отличается отношением персонала к пациентам от той же России. В прошлом семестре у нас был предмет, который назывался коммуникация между людьми. По сути это коммуникация пациента и медсестры. Нам по восемь часов в день рассказывали, что такое эмпатия, как правильно разговаривать с пациентом, как относиться к нему. Если, например, пациент гневный, важно разрешить ему чувствовать то, что он чувствует. Для них это фундамент — если ты не можешь общаться с человеком с эмпатией, ты не можешь быть медсестрой, потому что сама профессия подразумевает сострадание и поддержку человека в трудный период.

Меня больше всего удивляет, насколько сознание израильтян устроено по-другому. Кажется, я единственный человек на нашем курсе, который в некоторые моменты просто таращил глаза от удивления. У меня холодный ветер в душе воет, и я думаю: «Боже мой, как легко они об этом говорят, как будто это азбучная истина!»Например, они между делом замечают, что одна из самых главных вещей в выздоровлении ребенка, чтобы мама была рядом в реанимации. У нас люди бьются, чтобы этот закон приняли. Матери не видят своих детей месяцами, иногда годами, им не разрешают приходить к собственным детям — это дикое страдание. А здесь одна из первостепенных вещей в лечении. В Израиле врачи просто объясняют, что делать, если мать во время операции врывается к ребенку, начинает кричать, или с ней случается истерика. Первое, что нужно сделать, — успокоить маму. В больнице для этого есть специальные сотрудники и психологи. И потом, когда родители успокоены, необходимо дать им всю информацию о лечении ребенка. Это тоже местный подход: чем больше ты знаешь, тем меньше боишься. Поэтому если медсестра делает какую-то манипуляцию, она обязана объяснить человеку, что сейчас будет делать и как. И только после этого приступать. А не как у нас: быстро встал, пошел и без лишних вопросов.

Еще одно важное отличие от России: в Израиле не любят долго держать людей в больницах. Лечение направлено на то, чтобы поскорее человека выписать. Например, если нет осложнений, после родов тебя выписывают на второй день, а после операции могут в этот же или на следующий. У них в сознании, что человеку лучше всего дома. Он там быстрее выздоровеет, среди родных и в привычной обстановке, чем в чужой больнице, где ему не так много внимания уделяется, и где он может подхватить кросс-инфекцию. Поэтому здесь в больнице долго лежат только очень серьезные больные.

Мне, конечно, грустно, что в России все по-другому, и непонятно, изменится это или нет. Может быть, когда я доучусь, то вернусь в Россию и буду проводить курсы для медсестер и научу всех, как правильно все организовать. Да, мне хотелось бы передать это знание. У меня все болит внутри от мысли: все, что они говорят, так легко сделать. Это не требует никаких затрат. Это изменения на уровне сознания. И мне очень хотелось бы, чтобы сознание начало меняться.

Tags: Израиль, медицина
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Стела Марис в марте 1799 года

    Однажды, стоя на смотровой площадке около монастыря Стела Марис на горе Кармель, я пытался представить себе, как выглядел этот утес… чуть…

  • Обращение прямо в лицо

    Ни добавить, ни убавить! В этом ролике всё прекрасно. Единственный недостаток - очень личное мнение - тяжело дослушать до конца.

  • Valeria Corvino

    В блоге моей хорошей знакомой Ирины Метелещенковой (agnes_sitenson) обнаружил очень интересный пост об итальянской художнице Валерии…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments