arktal (arktal) wrote,
arktal
arktal

Художник

Оригинал взят у uryst в

- Художник, если он не проститутка, свободен изначально, - он словно ударил ребром лопатистой ладони по воздуху и вдруг спросил, безмятежно - Хотите еще чаю?

За стеной мастерской, уходящей вверх, гудел Манхеттен. Но здесь было тихо,гулко. И густо… Эрнст Неизвестный, пожалуй, самый известный русский скульптор, живущий на Западе. Этот удивительный сильный человек в 17 лет пошел на фронт еще той, Второй мировой войны. Уже перед Победой он был тяжело ранен и почти похоронен - санитары везли его в морг, но уронили. Он пришел в себя и застонал от боли...

Имя Неизвестного особенно прогремело после печально знаменитого разгромного выступления Никиты Хрущева, которого возмутила выставка работ художников- нонкорформитов, а вслед за ней - и поэзия. В то время поэты и космонавты были " звездами" в стране. Как Андрей Вознесенский, которого самый Главный публично, с высокой, как пропасть, трибуны призвал покинуть Родину, раз мол что-то дома не нравится.

Эрнст Неизвестный тогда, по сути, тоже оказался среди таких же "кандидатов". Он и уехал, позже, в семидесятых годах прошлого века. Сделав, между прочим, потом знаменитый памятник на могиле, раскаявшегося в своей тогдашней глупости, Хрущева.

Это было время, когда властители еще умели каяться.

А Неизвестному, который известный и который Эрнст, в Нью-Йорке, в его мастерской раскаиваться, по большому счету, оказалось не в чем. Он с тех самых пор, как мальчишкой пошел добровольцем на фронт жил и творил то, что считал для себя важным и необходимым. Независимо от географии и,тем более, от власти.

Э. Неизвестный - Свобода творчества не связана с заказами. Я и в Советском Союзе, как скульптор, делал заказы, но чувствовал себя свободным. Главное, это добиться права делать, что хочешь. Другое дело, когда это право достигается большой кровью и ненужными нервными потерями.

В России вся жизнь такая. Мы тратили колоссальные силы, преодолевая непонятно что. Это словно идешь по равнине, но постоянно борешься с камнями. Так что я всегда был свободен. Любой художник, если он не проститутка, свободен изначально.

Отъезд из страны в свое время стал серьезным шагом в моей жизни. Но не в творчестве. Здесь, на Западе, просто намного больше технических возможностей.

А. Ступников - И здесь, в США, вы получили, что хотели?
Э. Неизвестный - Я лично получил. Но это очень индивидуально. Для кого-то Запад может быть более губителен, чем даже жесткий режим. Меня устраивает, что здесь никто ничего не требует. Никто не дает, но и не просит. Один таксист мне сказал, что он, если хочет, спит до двух часов дня, но зато потом работает ночью. Хочу быть бедным - буду бедным. Хочу стать богатым - может и не буду, но попытаюсь. Хочу выставляться - буду. А не хочу - оставлю все дома. Здесь мир личного выбора. Но кому-то это тяжело, потому что есть люди, которые не способны жить без опеки и до гробовой доски ищут опекающих их пап.

А. Ступников - Вы считаете себя таким сильным?
Э. Неизвестный - Я просто не люблю, чтобы меня кормили. Но и не люблю, чтобы у меня что-то требовали. Главное, чтобы оставили в покое. В этом, однако, есть свои неудобства, Иногда хочется, чтобы тебя ненавидели и любили.
Когда я работаю, то не думаю ни о чем постороннем. Если работа сделана искреннее, то она найдет своего зрителя. И, в отличие от конъюнктуры, надолго.
Художник не должен чувствовать себя неповторимым и уникальным. Но, если он делает что-то соответствующим его понятиям по правде, найдутся и близнецы.
Проблемы любого человека интернациональны. А национальное - это исторически сложившийся способ самовыражения, не больше. Но это исключает провинциальность, которая меня всегда особенно раздражала.

Монумент - Памятник жертвам Сталинских репрессий в Магадане «Маска скорби» (1996 г) СтоИт на месте перевалочного пункта на сопке Крутая. Это огромное человеческое лицо. Один глаз его закрывает тюремная решетка. А из другого текут слезы-маски. С обратной стороны одинокая фигура женщины плачет у ног обезглавленного мужчины на кресте. Внутри памятника есть тюремная камера, куда могут подняться посетители, а вокруг — глыбы камней, с разбросанными по ним красными гвоздиками…

А. Ступников - Это внешний раздражитель. А что вас раздражает в себе?
Э. Неизвестный - Снисходительность. Мне не нравится, что я отношусь к миру, словно мне в нем жить тысячу лет. И я смотрю на все из какого-то далекого прошлого или будущего.
Я завидую тем, кто может злиться. И еще тому, кому необходим успех, как стимул для работы.

А. Ступников - Только не говорите, что сами равнодушны к успеху.
Э. Неизвестный - К успеху я отношусь цинично. Как к средству сделать то, что я хочу. То есть успех порождает возможность делать, но сам по себе он не доставляет наслаждения. Но я в себе это не люблю.

А. Ступников - А что вы, наоборот, любите?
Э. Неизвестный - Когда я разбираю всякие человеческие качества, скажем, ум, честность, смелость, я пришел к выводу: больше всего мне нравится воля. Иногда даже воля к злому действию, если она сконцентрирована и может вызвать у меня некое этическое восхождение. Именно это качество я в себе культивирую. Скажем, встаю, если мне нездоровится, обливаюсь холодной водой, продолжаю работать. Даже не важен результат труда, Важно - что-то преодолеть. Это греет.

Очень странно, но я частенько думаю, что мне не нравится в людях. Это оказалось очень трудно. Глупость может быть разной, смешной. Жестокость омерзительна, но иногда она бывает красочной, как жестокость Цезаря Борджии или Леонардо.

Но, пожалуй, больше всего мне не нравится в людях необоснованная претензия. По- моему, это самое страшное качество. И зачастую оно становится причиной не только личной или семейной трагедии, но и социальной. Очень многие трагедии мира покоятся на необоснованных претензиях.

А. Ступников - Похоже, художнику все равно где работать. Но США все-таки страна специфическая, даже для Запада. Как у вас сложились отношения с Америкой?
Э. Неизвестный - Географическое местоположение тела не имеет для меня значения. В первый же день эмиграции я оказался в Австрии, взял воск и начал работать. И мой обычный день в США отличается от российского только тем, что здесь мне никто не мешает работать. Человек похож на телефонную книгу, особенно когда ему много лет. Накапливается какое-то количество раздражителей, разных имен.

Обратите внимание, как легко можно отличить нового иммигранта от старого. К новому очень трудно дозвониться, а к давнему - легко. Потому что у него уже все " утрясено". И телефон всегда работает, и не занят. Он телефоном пользуется по делу или, реже, " по дружбе". А новый иммигрант телефоном пытается восполнить оставленную где-то там, в прошлом доме, свою телефонную книжку. Таким образом он заполняет свой психологический вакуум.

В этом смысле творческий человек, во всяком случае я, оказывается более счастливым, потому что этот вакуум заполняется творчеством. Я переполнен видениями, которые нужно выразить. Если хотите, это самая настоящая психотерапия.

У меня на Западе с самого начала с творчеством было все в порядке. Трудным оказалось иное - новая система взаимоотношений и привычек. По мере узнавания здешней жизни и языка миф об американской глупости и некоммуникабельности для меня разрушился. Просто у меня свой круг. Я член многих организаций, университетов, ассоциаций и прочее...

«Золотое дитя» по замыслу изначально предназначалось именно для Одессы. Должны же, думал я, где-то в России сохраниться элементы оптимизма.… Это могучий ребенок, что-то вроде маленького Гаргантюа. Он, как надежда, появляется из цветка. Или, может быть, вылупляется из яйца. Словом, он символизирует нечто новое, нарождающееся, чему принадлежит будущее. На это, во всяком случае, мне хочется надеяться.… Я впервые за свою жизнь создал монумент в светлом, радостном, романтическом ключе. «Золотое дитя» — яркий, солнечный образ рождающегося гиганта, надежда на процветание будущего вольного города.[Эрнст Неизвестный]

А. Ступников - Но разве "членство" когда-нибудь избавляло от одиночества. Тем более, что это социальные, а не человеческие проявления жизни?
Э. Неизвестный - Я обязан быть одиноким. Не люблю приемы, визиты. Мне приходится участвовать в этом по необходимости. Я думаю, что русские иммигранты несправедливы к Америке. Если бы они поселились в китайском квартале, то вскоре бы утверждали, что все американцы - косоглазые.
Все зависит от среза и среды, в которую попадает иммигрант. К сожалению, очень часто наши приезжие попадают не в местную среду. Конечно, когда интеллигент из Санкт- Петербурга вдруг оказывается в украинской Жмеринке, то там ему будет плохо. Если же он попадет в Гарвард или университетскую среду, но здесь ему будет не хуже и не лучше. Просто по- другому. Но, если он оказался в незнакомой для себя среде, то еще не значит, что достойной ему среды нет, а мнимый или действительный уровень отсутствует.

В свое время, когда я жил в нынешнем Екатеринбурге, у нас дома был своеобразный клуб, где были действительно интересные и замечательные люди. И, когда я затем переехал в Москву, то поначалу был шокирован глупостью и невежеством москвичей. Так было сначала. Затем я понял, что Москва более напряжена в интеллектуальном плане, появились знакомые, друзья, свой круг. Все встало на свои места.

Посмотрите на Америку как бы сверху. Восемьдесят процентов нобелевских лауреатов живут в США, а населения меньше, чем в Европе. Посчитайте количество библиотек, издательств - ни с одной страной не сравните. Только в Нью-Йорке полмиллиона художников и все так или иначе занимаются своим делом. Так что с Америкой у меня серьезных проблем нет. Вот мы с настоящими друзьями теряемся, это другое. Мои близкие духовно люди, еще по Москве, сегодня кто где. Но я радуюсь, слыша об их успехах.

А. Ступников - Они тоже, в разных сферах, могут позволить себе быть свободными художниками, как и вы?
Э. Неизвестный - Конечно. Я же не работаю по заказам. Все свое творчество я рассматриваю как отдельные фрагменты своего цикла " Дерево жизни". Мои работы - не более, чем часть этого цикла, которые попадают в коллекции, продаются. Отдельные работы выливаются в самостоятельные циклы. Скажем, я дважды во времени иллюстрировал " Ад" Данте. Получилось около ста графических полотен. Но все это часть " Дерева жизни", что и является самой моей жизнью.

А. Ступников - По- моему, вас не назовешь художником, отражающим просто жизнь.
Э. Неизвестный - Я никогда и не был иллюстратором. Меня интересует метафоричность, многослойность, пространство времени и чувств. Социальные темы меня не интересовали. Наверное поэтому мне так близки Беккет, Достоевский, Данте.
Когда моя мать приехала ко мне в США, то привезла мои старые рисунки, сделанные когда мне было десять лет. Но и тогда у меня оказалось то же восприятие мира, что и позже: те же маски, гиганты, кентавры, руки, те же метафоры.

А. Ступников - Выходит, вы, по сути, мало изменились со времен детства?
Э. Неизвестный - Единственное, чем я занят всегда - это работой. И еще, всю свою жизнь я отбиваюсь от тех, кто мне мешает. В России я отбивался от глупости. Здесь, на Западе, я отбиваюсь от финансовых проблем и любопытства публики.

Давно, будучи еще в России, я как-то разложил свои работы в хронологическом порядке и обнаружил странную вещь: даже в самые напряженные периоды моей жизни, а таких, поверьте, достаточно, мои работы принципиально не менялись. То есть жизнь и творчество не совпадают.

То, что я делаю исходит из закрытых глаз - а не открытых. У меня нет признаков цвета или даже времени, ни серпов и молотов, ни пяти , ни даже шестиконечных звезд. Даже крест у меня не символ христианства, а просто человек с раскинутыми руками. И знак страдания. Крест, как и яйцо, любимые мои символы.
Раз уж об этом заговорили, что в Ватикане, в личной коллекции Папы Римского есть и мой крест.

А. Ступников - Ну вот, значит вы все-таки радуетесь не только за других, но и за себя тоже?
Э. Неизвестный - Когда-то в рабочей столовой, где была довольно противная пища, один спросил другого:
- Когда же ты наедаешься?
- Когда начинает тошнить, - ответил рабочий.
Так и у меня. Когда я устал, значит все в порядке. Но у меня почти постоянное чувство неудовлетворенности, хотя оно и не принимает характер клинической депрессии Ван Гога. Думаю, это нормальное состояние здорового творческого человека…

К интервью был и фотопортрет Эрнста, который я сделал тогда же, на «мыльницу». Наше совместное фото щелкнуть было некому. Неизвестный не любил «чужих» и болтающихся по « явкам» без дела. А Анна Грэхем, замечательный товарищ, молодая, очаровательная и .. волевая, в белой короткой шубке похожая на вечно готовую в бой модную атаманшу, еще не стала его женой, рядом.

Впрочем, в мастерской он предпочитал был один.

Однажды в Москве, случайно попав в дом одного еврейского олигарха, я увидел у него во дворе за высоким забором, работу Неизвестного. Неизвестную. Но все равно, у Мастера не бывает « проходных» работ.

Я, столкнувшись, в лучшем случае, с реакцией на Э.Неизвестного в российских СМИ - « А кто это?», удивился, увидев, уже в 2013 году документальный фильм о нем. Авторы где-то, непостижимо, нашли деньги, сделали и еще как-то добились показа. На канале « Культура». Я объяснил этот феномен тем, что и среди чиновников попадаются люди, и, к тому же, образованные. И порядочные. Без них и для журналиста, и для зрителя была бы, вообще, сплошная темная, хотя и цветная, натужно жизнерадостная карамбольная конюшня.
В Девяностых, но это понятно, и даже в 2000-ом, уже от Путина, еще не окруженного ряжеными казаками и присосками, Мастер получал и государственные награды. Значит и « туда» кто-то все-таки доносил о Неизвестном. Лучше «о», чем « на»…

Семиметровая скульптура «Дерево жизни» (1956 — 2004), выполненная из бронзы и гранита, увенчана кроной – огромным сердцем. Под ветвями – портреты всех значимых для истории человечества образов – Христос, Будда, Адам и Ева. Все дерево переплетено лентами Мебиуса с запечатленными символами религий мира. Эта работа, которой художник посвятил 50 лет своей жизни - его видение борьбы добра со злом.

А « Древо жизни» , о котором мечтал и говорил в интервью, Неизвестный закончил. И оно стоИт. Как и его работы в том же Артеке, Одессе, Кемерово. Много где…
Tags: искусство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments