arktal (arktal) wrote,
arktal
arktal

"Э-э-э! Пождите, минуточку!"



«Э-э-э! Пождите, минуточку! Вы задали вопрос про Ходорковского!»Так сказал Владимир Путин и объявил самую сенсационную новость последнего десятилетия. В тот момент, когда президент начал говорить самые важные слова, ни одна из сотен камер многочисленных СМИ не работала, и журналиста, задавшего вопрос, уже гнали взашей охранники.

Да, все выглядит так, как будто Ходорковский сам не знал, что написал прошение о помиловании. Но смешно ведь говорили в перестройку: Россия — страна с непредсказуемым прошлым. Сам не знал — а написал. На сайте Ходорковского, на его личной и публичной страницах в соцсетях — полнейшая растерянность. Адвокаты ничего не знали. А то, что они сказали, узнав новость, — так они этого не говорили: «До встречи Михаила Ходорковского с его адвокатами все ранее данные ими комментарии, касающиеся прошения о помиловании, недействительны».

В конце пресс-конференции, уже на выходе — полплеча президента видно да полуха — вдруг задан этот противный, назойливый вопрос о Ходорковском. И Путин — в толчее, уже после того, как дали занавес, после выключения камер вдруг объявляет самую сенсационную новость, какую только можно выдумать. Ни одной камеры нет. Задавшего вопрос уже прогоняет охрана. «Э-Э-Э! — говорит президент, и дяди из охраны чуть расступаются, — подождите минуточку! Вы задали вопрос про Ходорковского!» — и Путин удерживает журналиста. Толком ничего не видно. В самом начале текста вообще ни одна камера еще не работает. Президент любит эффекты.

Возможно, президент сымпровизировал. Ну, после неяркой пресс-конференции. Перед Олимпиадой. Может, прошение напишут задним числом? Любой, кто даст четкий анализ этого очень туманного сюжета, — дурак.

Но, в конце концов, хвост ли виляет собакой, помилование ли виляет прошением о помиловании, — важно ли это?

Что будет с Ходорковским как с политиком? На каких условиях он выходит? Не посадят ли его (не дай Б-г) после Олимпиады? Уедет ли он (что обесценит 10 лет его жизни, 10 лет его сопротивления) за границу? Станет ли он единым и неделимым лидером оппозиции? Выгодно ли власти, чтобы таким лидером стал еврей, то есть заведомо проигрышная в масштабах страны фигура? (Ходорковский еврей по отцу и сам дистанцируется от еврейства. Но нашего человека не проведешь: жид крещеный — что вор прощеный, что конь леченый, что змей верченый. И я не знаю другой поговорки с таким же обилием вариантов.)

Цена любого сценария на эти темы, любого такого прогноза — пшик. Пока, по крайней мере, не поступила другая информация. Поэтому я, несильный политаналитик, рассуждать об этом уж точно не буду. В любом случае, освобождение Ходорковского — это полнейшее и счастливейшее ура для всех! Само событие вызывает у меня безусловную огромную радость за Михаила Борисовича, за его родителей.

Вопрос, который хотелось бы тем не менее задать: а нужен ли нашему обществу Ходорковский? Такому обществу, каким оно является сейчас. Такой, каким он сейчас вышел. Есть ли в обществе запрос на Ходорковского?

Кто такой Ходорковский? Что это такое: «отсидел — и вышел»? Кто он сейчас? Человек, который очень достойно вел себя в тюрьме. Который в тюрьме сохранился как личность. Который многое перенес. Человек, у которого есть потенциал для героизации.

И наше гражданское общество — такое, не сильно пока гражданское (как говорил Зощенко, маловысокохудожественное произведение). Наше маловысокогражданское общество — агрессивное, поляризованное, с авторитарным сознанием на обоих его полюсах, ждущее нового вождя, который сменит вождя старого. Только старый вождь — плохой. Зато новый будет хороший. А кто против нового хорошего вождя — тот подонок. В нашем обществе оставаться самим собой — это старомодно, неприлично и небезопасно. Люди, остающиеся самими собой, — это уже мученики.

Ходорковский отсидел в камере 10 лет. Все, что нас не убивает, делает нас сильнее, говорит житейская пошлость. Но говорит верно. Бывают такие вещи, которые в этой жизни осмыслить невозможно. Нельзя извлечь из них опыт, не дают они духовного роста. Такие события в жизни я называю «Холокостом». Всё остальное, всё, что нам дано пережить — к лучшему, и в этом смысле тюрьма человека масштабного, зрелого закаляет.

Но нужен ли нам моральный авторитет? Нужен ли нам, к примеру, условный Вацлав Гавел, как формулировали этот вопрос в декабре 2011 года, на заре протестов? Как кобыле седло нужен. Как пятое в телеге колесо. Ответ: нет. Зачем большим державам (и их гордым жителям) мораль? Мораль — это для слабаков типа Чехии. Что было у Чехии, кроме культуры? Ни экономической, ни военной силы. Одна культура да мораль в загашнике. Вот моральная карта и сработала. Там и тогда. Но уже Гавел отработал идею о моральном политике. Сейчас она и в Чехии уже не сыграет. Второго пришествия Гавела даже в Чехии не стерпят.

Когда у нас мораль и моральные политики-то в моде были? В начале 90-х. Как теперь это вернуть?..

Не обсуждаем, разумеется, планы самого Михаила Борисовича после освобождения. В условиях турбулентности Ходорковский, кто знает, мог бы стать лидером. Но, скорее всего, российское общество поглотит и этот сюжет, как камень болото.
Юлия Меламед, JEWISH.RU

Tags: youtube, Путин, Россия сегодня, Ходорковский
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments