March 11th, 2017

по Дарвину

Моти

С АНГЕЛОМ НА ПЛЕЧЕ

Много лет минуло с того дня, когда профессиональный вор и наркоман с большим стажем украл на одном из тель-авивских пляжей чужую сумку и обнаружил в ней бомбу с часовым механизмом. В то утро у моря было особенно многолюдно: школьные каникулы, разгар туристического сезона, к тому же – пятница, выходной. Моти проверил содержимое сумки еще на месте, не вынося ее с пляжа. Он мог бы убежать, повинуясь инстинкту самосохранения: ведь бомба была готова была взорваться в любую секунду. Да и с полицией объясняться ему, вору со стажем, было не с руки: очередная кража, а он еще к тому же еще под домашним арестом за прежние делишки. Но Моти, недолго думая, взвалил сумку на плечо и понес ее в безлюдное место, после чего добежал до ближайшей гостиницы и позвонил участковому, у которого отмечался час назад: одним из условий «домашнего ареста» была ежедневная явка в полицию. «Ты же только что у меня был, – недовольно отозвался тот. – Кстати, а что ты делаешь на пляже? Опять принялся за старое?» - «Послушай, здесь бомба!» – закричал Моти. - «Ты уже под «дозой»? – не поверил тот, но в голосе Моти было нечто такое, что не оставляло места сомнениям.
Collapse )
по Дарвину

Палестинский шлимазл


Кто такой шлимазл? На идиш "мазл" - это счастье, удача.
Шлимазл - наоборот, но это не лузер, хотя удача улыбается
ему редко. "Если он начнет изготовлять саваны, люди
станут жить вечно, а если решит продавать свечи, то солнце
не закатится никогда"
, - так, вроде, отзывался о шлимазлах
еврейский поэт и философ Авраам ибн Эзра.
Лучший пример русского шлимазла - знаменитый матрос Железняк,
который "шел на Одессу, а вышел к Херсону"...

Несколько лет назад палестинский террорист-смертник отправился «на дело». При полном параде (бомба, взрыватель, винты-шурупы и все прочее, что ему по специальности положено) пошёл в наш народ, с целью выбрать место помноголюдней и взорваться. Казалось бы, начало такое, что не предвещает смеха даже отъявленному антисемиту.

Неизвестно, какой была квалификация того героя палестинского народа, только рабочим местом он выбрал не абы что, а одно из самых оживленных мест Иерусалима. Огляделся, пристроился среди толпы и нажал на взрыватель. Но у Всевышнего, судя по всему, были другие планы на день. Взрыватель сработал, бомба – нет, щелчок и тишина. И только звук падающего тела — террорист, когда взрыватель щелкнул с перепугу сознание потерял. Слава Б-гу, отводящему от своего Народа руку врагов – Он то саперов вовремя подошлет, то разведданные точные и своевременные подкинет, а то и просто тех самых врагов умом обидит. В тот раз весьма кстати произошло последнее — на наше счастье арабские Эйнштейны чего-то там с бомбой недомудрили.

Бдительные граждане увидев оседающего араба позвонили «куда надо» и через несколько минут на месте была армия, полиция и эти самые «кто надо» — ШаБаК в общем. Район оцепили. Саперы бессознательного палестинца по-тихому расчленили: взрывчатку обезвредили, тушку отправили в госпиталь Хадасса, душу оставили разговаривать с праотцами. Праотцам душа, видно, не сгодилась и вскоре она вернулась в тело. Врачам Хадассы даже стараться особенно не пришлось – террорист пришёл в сознание довольно быстро.

А там, в сознании, этого события ожидало не мало служивого народу. Представители Шабака и прочих органов, которым по долгу службы полагалось иметь к террористу вопросы, ждали его пробуждения в палате, а прочие силовые структуры охраняли её снаружи. И вот их клиент оклимался, сел на койке, поднял правую руку в повелительном жесте, твердо, внятно и очень серьезно произнес «Вводите их всех!». Опешивший сотрудник Шабака, специально для такого случая арабоязычный, решил что он чего-то не понял и на чистом же арабском переспросил «Кого?». «Всех» повелительно молвил палестинец «Вводите их сюда вместе и сразу, я приму всех!».

После дополнительной фразы-двух до Шабака дошло, что террорист решил, что он уже в раю и требует себе положенного. Между тем, шахидский фольклор гласит, что за «святое дело в борьбе с неверными», в раю полагается аж 72 девственницы. Гурии, дескать, одна другой пригожее, да и выдаются гуртом в не лемитированное пользование. А это вам не какая-нибудь путёвка от профсоюза, особенно после нищей арабской деревни, где и коза одна на всё село, и та у самого крутого парня.

В общем, такая вот незатейливая сценка – палестинский террорист в израильской больнице требует у контрразведчика положенных по Корану гурий. Да не абы как хаотично, а всех сразу, оптом. Вволю отсмеявшись, шабаковцы столкнулись с небольшой проблемой – верить в жестокую реальность палестинец напрочь отказывался. Уж они к нему и на иврите обращались, и так, и эдак, а он на своём стоит, «я, мол, дело сделал, мне положено». Требовал с напором завзятого шнорера и торг по поводу количества гурий считал неуместным. Психологи, наверняка сказали бы, что так его психика оборонялась от суровой действительности. Они, психологи, почти всегда так говорят.

Людям, по ходу пьесы, клиента допрашивать надо, а у него одни глупости на уме. И тогда следователь привел самый весомый аргумент – представился по должности, документы ивритским языком написанные предъявил и спросил, «Как ты думаешь, я — еврей, да ещё и работник Шабака в один рай с тобой попасть мог?» «Нет» — ответил террорист, и … заплакал.


ОРИГИНАЛ - booknik, Мири Малкина, "Шлимазл по-палестински", 07.2009