November 8th, 2013

stars

Я атеист

Оригинал взят у tataole из post

(Написано от имени журналиста Матвея Вологжанина - псевдоним зам. главного редактора журнала MAXIM Таты Олейник, tataole)

Я атеист. То есть, раньше я была просто агностиком. Руководствовалась в своем мировоззренческом выборе следующими положениями:

Да, современная наука пока имеет смутные представления об устройстве вселенной, сущности жизни и происхождении всего. То есть - исследовано и обнюхано уже многое, но дырок в научном кружеве мирозданья пока больше, чем ниточек. Но это ни разу не повод брать взамен на вооружение мировоззрение, которое вообще предлагает в качестве основного блюда - чушь на постном масле. Да, я подозрительный скептик. Когда мне дают книгу, продиктованную, как меня уверяют, высшими силами, и на четвертой странице там обнаруживаются ангелы, играющие в снежки на алмазном своде небес, я говорю "спасибо большое, это ужасно интересно ". ( Я все понимаю о сакральной сущности символов и скудости человеческого разума - но, мне кажется, высшие силы все же могли бы изъясняться поконкретнее и поменьше врать, если уж они все равно взяли на себя труд надиктовать что-нибудь ободряющее своим неразумным творениям).

Да, лично я предпочитаю вместо "я верю" говорить "я не знаю" - ну так это почти одно и то же.


Так вот, я ошибалась. "Я верю" вовсе не тождественно "я не знаю". К сожалению, фраза "я верю" - часто бывает ущербным обрубком, в полном виде звучащим как: "я верю и не желаю знать" - восклицательных знаков добавьте по вкусу.

Человек, выбирающий религию, вынужден сбрасывать за борт балласт здравого смысла, увы - иначе не удержаться ему в этой хлипкой корзинке. Можно расхаживать по современному мегаполису в верблюжьих шкурах, но нельзя жить в мире, открывшем телескоп и реактивный двигатель, искренне веря в алмазность неба. В результате агрессивность верующих вполне созвучна их бесконечной внутренней борьбе с прожорливым червем сомнений. Я и так уже почти поверила в дюжину невозможностей до завтрака, а вы мне тут в нос своим докембрием тычете!

Защищать. Защищать свои догматы, свои лампады, свою соборность, свою духовность, свое право на недрогнувшую веру. Закрыться, закуклиться, отогнать палками любых гадов с барометрами, термометрами и лабораториями. Запретить все, что может разложить моих детей, а особенно меня, так как я и так почти разложился, иншалла, спаси господи и помилуй! Вот они снуют вокруг, распутные, голоногие, непокрытые, содомствующие, скалятся , дышат скверной... как же тяжело с ними, как душно, как страшно!

Полностью - здесь
по Дарвину

Впервые после Бар-Кохбы

Среди предвестий израильской независимости одним из самых волнительных и символичных событий стало, пожалуй, введение на территории подмандатной Палестины в ноябре 1927 года собственных денежных знаков. Впервые за две тысячи лет после трагического восстания Бар-Кохбы на деньгах, имеющих хождение в Земле Израиля, появились надписи на еврейском языке.

Введение собственной денежной системы в Палестине обсуждалось британскими властями уже в 1917 году, сразу после разгрома турок и захвата страны генералом Алленби. Однако только к 1922-му определились границы подмандатной территории. Да и бюрократическая система Британии работала не слишком быстро. Так что лишь в 1925-м собралась Британская монетарная комиссия, определившая все подробности и детали вопроса. По итогам ее работы была создана Палестинская монетарная комиссия, и, наконец, 1 ноября 1927 года в оборот были запущены первые палестинские деньги, заменившие египетскую валюту, использовавшуюся в стране прежде.

Чтобы определить, как новые деньги будут называться, в январе 1925-го была организована еще одна специальная комиссия, состоявшая из еврейской и арабской подкомиссий. Евреи предложили для различных денежных номиналов названия, взятые из древней истории страны: прута, драхмон, шекель и динар. Но арабы предложили другие наименования, и тогда министр по делам колоний принял решение использовать европейские термины. Валюта была названа на английский манер палестинским фунтом или лирой, разделенной на 1000 милей.
Collapse )
по Дарвину

"Дежурство с продолжением"

Я сидел на скамейке в городском сквере и смотрел на море, когда меня стал обнюхивать огромный ротвейлер с белым пятнышком на морде. Я замер. О ротвейлерах я знал, что это одна из самых свирепых пород. Я и раньше обращал внимание на эту собаку. она обычно шла рядом со своим хозяином и ни на кого вокруг не реагировала. И вдруг подошла ко мне.
- Не пугайтесь, доктор, - сказал старик, державший пса на поводке, - моя собака ничего плохого вам не сделает. Она добрая собака. Если хотите, можете её погладить.

- А как вы узнали, что я доктор? Бывший доктор, а теперь никто.
- Бывших докторов не бывает. Доктор - всегда доктор. И я вас помню.
- Странно, что помните. Я уже почти десять лет как вышел на пенсию и ничего путного не делаю.
- А я вам скажу, почему помню. После теракта в кинотеатре "Хен", где меня тяжело ранило, вы спасли мне не только жизнь, но и вот эту руку, - он слегка приподнял руку, держащую поводок, - разве ж можно забыть?


Это отрывок из книги моего ближайшего школьного(!) друга, "бывшего доктора" Марка Тверского - "Дежурство с продолжением". После 25 лет работы в цфатской больнице собралось у него куча историй, рассказанных пациентами. Некоторые - он собрал в этой книге. Рассказы стóят того, чтобы их прочитать.

Наверное, то, что я делаю, называется рекламой, которая у меня лично, не всегда вызывает положительные эмоции, но в данном случае - это "не корысти ради" и даже "не волею пославшего мя автора"! Исключительно исполняя некрасовский призыв: "Сейте разумное, доброе, вечное".
Желающие могут приобрести книгу на сайте amazon