arktal (arktal) wrote,
arktal
arktal

ОТЕЦ

У меня был друг, Ричард, мой ровесник. Он чуть старше меня, но в нашем возрасте это уже не так заметно. Нашей дружбе - почти 50 лет. Когда-то мы встречались практически ежедневно, потом, по независящим от нас обстоятельствам, 25 лет ничего друг о друге не знали: мы уехали в Израиль, а его семья осталась в Киеве. Он был достаточно большой начальник, и мы понимали, что наше существование в далеком и "злобном" Израиле пользы ему не принесет. 11 лет назад он меня нашел. Радость встречи была обоюдной и искренней. Тогда-то я услышал историю, из-за которой и пишу эту заметку.

Ещё в те годы, когда ни о каком Израиле и перемене места жительства мы не думали (тогда, во всеобщей эйфории космических полетов, естественнее было мечтать о разведении яблок на Марсе, чем об Израиле), Ричард рассказал нам кое-что из своей биографии. Отца он не знал. По рассказу матери, отец был литовец, что для меня почему-то ассоциировалось с легендарными латышскими стрелками, и отбивало всякое желание продолжать расспросы на эту тему.

Во время нашей встречи 11 лет назад Ричард рассказал некоторые ошеломляющие подробности о своем отце. Прежде всего, он ни в чем не обманывал нас, скрывая подробности биографии отца – он и сам ничего не знал о нём. Его расспросы всегда кончались примерно одинаково: "Лучше не спрашивай!" И он научился не спрашивать. По каким-то обрывкам разговоров матери с бабушкой, матерью отца, Пикель Станиславой Францевной, он понял, что никто ему ничего не расскажет, и привык жить, не вспоминая о нём. Но в один из дней 1988г, сев в машину и включив мотор, он услышал по радио перечисление фамилий реабилитированных посмертно. Среди них была фамилия Пикеля Ричарда Витольдовича. И друга зовут Ричард. Более того – Ричард Ричардович. Это был шок. "Реабилитация?! Значит, его судили! За что? Что он сделал? Кем он был? - замелькало в его голове. – Почему мать никогда ничего не рассказывала??"

В возрасте, перевалившем за 50, и, к сожалению, уже после смерти матери он получил сообщение из Военной коллегии Верховного суда СССР о реабилитации отца.

92.34 КБ

В сопроводительном письме сухо сообщалось -

83.06 КБ

Итак, родился, имел среднее образование, был членом партии с 1917г, являлся членом Союза Советских писателей. "За получением 2-х месячного оклада следует обратиться…" Надо ехать в Москву. Не за окладом, конечно, (зарплата 1936 года... издеваются, что ли?), но хоть что-нибудь узнать об отце.

В Москве ему рассказали то, что мать скрывала от него 50 лет. Он родился после ареста отца. Друзья отца помогли матери с бабушкой, типичным представителям славного племени ЧСИР (членов семьи изменника Родины), выжить, получив справку о разводе "с изменником Родины", выданную задним числом. До ареста. Их выслали в Сызрань. Там он родился. Записали его под фамилией матери, а имя – дали имя отца. Так он вырос, так прошел весь положенный путь советского служащего – от студента до главы большого концерна в Украине, от принятия присяги юного пионера до коммуниста, вхожего в обкомы, горкомы и проч. комитеты партии. Про отца мать не вспоминала. Был момент, когда после окончания школы, он хотел поступить в военное училище в Ленинграде. Но мать сказала: "Тебе туда ехать не надо". Расспрашивать он не стал. Бабушка, Пикель Станислава Францевна, наверняка тоже что-то говорила. Но теперь разве вспомнишь?..

Кто-то посоветовал ему встретиться с писателем Анатолием Рыбаковым, автором нашумевших романов о временах культа личности Сталина "Тяжелый песок", "Дети Арбата" и др. Но и Рыбаков знал только то, что ему уже рассказали: его отец, начиная с первых дней революции, был на руководящих должностях в Советском правительстве. В 1917 – 1919 годах, в недолго просуществовавшей Западной области, он занимал пост народного комиссара юстиции – учли, наверное, 2 курса юридического факультета Ростовского университета. Затем, там же, - нарком просвещения. Потом армия.

У друга сохранилась фотография отца в военной форме. Четыре ромбика и звезда. К сожалению, он не знает, когда была сделана эта фотография. А это важно. Ведь "4 ромбика и звезда" – это очень высокое звание: командарм 1-го ранга . В 1935г эти звания были присвоены будущим маршалам Тимошенко С.К. и Шапошникову Б.М., расстрелянным командармам Уборевичу И.П., Якиру И.Э., и другим. Но Пикеля Р.В. среди 75.52 КБ командармов я не нашел. Да и где искать? В Интернете никаких списков командного состава РККА я не встречал. Может, где-то и числится командарм Пикель Р.В.?

Правда, такая униформа и знаки различия, как на фотографии отца, к 1935 году выглядели уже иначе. Нарукавные знаки различия командного состава ("клапаны") и шинели с тремя нашивками-хлястиками на груди ("разговоры"), введенные в Красной Армии ещё в 1919г, были отменены в мае 1924г. Но в своё время на клапанах нашивались должностные отличия: под красной звездой красные треугольники для младшего комсостава, квадраты для среднего и ромбы для старшего . К концу гражданской войны в январе 1922г Приказом Реввоенсовета Республики (РВСР) №322 "все установленные ранее предметы обмундирования за исключением кожаных лаптей отменялись, и вместо них была введена новая единая, строго регламентированная форма одежды и должностные знаки различия". В соответствии с этим приказом "4 ромба - командующий отдельной армией, командующий фронтом и им равные".
Таким образом, фотография отца, наверное, была сделана, где-то ближе к 1924г, хотя однозначно утверждать этого нельзя. Окончательное упорядочение знаков различия произошло не скоро и почти до 1935г регламентировалось, преимущественно, командирами военных соединений.

Армия началась у отца в 1919. Его назначили начальником Политуправления 16-ой армии, действующей в составе Западного фронта РККА. Интересно, что в то же время в 16-ой армии служил молодой офицер Юрий Неелов. При нем - жена, Елена, урожденная Нюрнберг, ставшая через год женой начальника штаба армии Е.А. Шиловского. Через много лет Елена в своих дневниках упоминает отца, Пикеля Р.В., но в другой ипостаси: она - в качестве жены и музы знаменитого писателя и драматурга Михаила Булгакова, он – как зам. Председателя коллегии Главреперткома и идейного противника писателя. К этому эпизоду я ещё вернусь.

Потом отец был начальником Политуправления и и.о. члена Военного Совета 6-ой армии, начальником политуправлений войск Украины и Крыма, членом ЦИК УССР. В 1922 – 1924 годах - военный комиссар Высших военно-академических курсов (ВВАК) старшего комсостава.

Ричард Пикель в окружении слушателей ВВАК
Неизвестное фото. Пикель Р.В. (сидит во втором ряду второй слева), вероятно, в окружении слушателей ВВАК. Предположительно 1922 – 1924 годы.

Его успехи или неудачи на всех этих должностях неизвестны, но не они были причиной ареста, расстрела и теперешней реабилитации. "Изменником Родины" он стал в связи с его следующей должностью: в 1924 – 1926 годах Р. В. Пикель заведовал секретариатом исполкома Коминтерна. Председателем этой международной организации был тогда печально известный политический и государственный деятель Советской России, Григорий Зиновьев. И это объясняло всё. И страх, который до самой смерти так и не позволил матери рассказать своему сыну правду об отце, и отсутствие родственников, у которых можно было бы что-то узнать о семье, и сложности, которые сопровождают до сих пор выяснение обстоятельств его гибели.

В последнее время в разных изданиях появились публикации, в которых упоминается фамилия отца. К сожалению, – это, преимущественно, литературные реминисценции на тему "Большого террора". Так в романе Анатолия Рыбакова "Страх" (Москва, 1990г) есть такой эпизод:

"Что касается Пикеля, то он после провала очной ставки с Зиновьевым впал в апатию и оказался, в конце концов, в состоянии такой глубокой депрессии, что пришлось снова призвать на помощь его друзей Шанина и Гая. Пикеля перевели в хорошую камеру, где Шанин и Гай засиживались с ним допоздна. Пили вино, ужинали, играли в карты, всячески ободряли Пикеля. Следователь внушил Пикелю, что Зиновьев дал такие же показания. На очной ставке Пикель убедился, что это не так Зиновьев умолял его отказаться от ложных показаний. Пикель был потрясен, не мог вымолвить ни слова, и его увели." [ Рыбаков А., "Страх", ч.1, гл. 19]

Так ли оно было, трудно сказать, но знакомая Пикеля по 16-ой армии Елена Шиловская, 49.10 КБ ставшая к тому времени Еленой Булгаковой, вспоминает в своих дневниках более известные эпизоды:

"В тот год были сняты со сцены все пьесы Михаила Булгакова. … Перед тем был запрещен уже репетировавшийся в Художественном театре «Бег». И Ричард Пикель — тот самый Пикель, которому через очень короткое время суждено было стать одной из первых жертв в дьявольской мясорубке обвинений и расстрелов 30-х годов, — пока находившийся на высоте Ричард Пикель объявил удовлетворенно: «В этом сезоне зритель не увидит булгаковских пьес... Снятие булгаковских пьес знаменует собой тематическое оздоровление репертуара» (Известия. 1929. 15 сент.; подчеркнутый курсив — Р. Пикеля)". [ Елена Булгакова, Дневник]

Действительно был такой период в биографии отца. После работы в секретариате Коминтерна он занялся литературной деятельностью. Его приняли в Союз писателей, и он выезжал даже на о. Шпицберген, где был редактором местной радиогазеты. Но это было потом. В феврале 1927г он становится членом коллегии Главреперткома – организованного в 1923г комитета по контролю за зрелищами и репертуаром, а затем и зам. Председателя этого комитета. В этом качестве он и "позаботился" о запрещении пьес Михаила Булгакова.

Булгаковская энциклопедия пишет по этому поводу:

… 9 мая 1928г. Главрепертком признал "Бег" "неприемлемым" произведением, поскольку автор никак не рассматривал кризис мировоззрения тех персонажей, которые принимают Советскую власть, и политическое оправдание ими этого шага. [ Булгаковская энциклопедия ]

Вспоминает о нем и Роберт Конквест в своей знаменитой книге "Большой террор", вышедшей ещё в 1968г. ("The Great Terror: Stalin's Purge of the Thirties", 1968):

"НКВД арестовал также Ричарда Пикеля, писателя и драматурга, участника гражданской войны. К моменту ареста он работал в Камерном театре в Москве и совершенно не занимался политикой. Но в свое время он возглавлял секретариат Зиновьева." [ Р.Конквест, Большой террор, Гл. 4, Последние приготовления]

О литературной деятельности отца говорится также в справке, выданной Военной коллегией Верховного суда СССР, копию которой я приводил выше. Но так же, как о его деятельности в качестве командира РККА не осталось ничего, кроме старой фотографии в военной форме, так и о литературе, к которой он был причастен, осталось только злополучное упоминание о запрещении пьесы М.Булгакова: статья Р. Пикель. "Перед поднятием занавеса" , «Известия», 15 сентября 1929 г.

В этом году на страницах Википедии появилась статья "Пикель, Ричард Витольдович", в которой тщательно перечислены его многочисленные должности, начиная с 1917г. Статья в несколько сокращенном виде повторяет биографические сведения, опубликованные в электронном периодическом издании "Открытый текст" в разделе Руководители Главреперткома. Вслед за ними и я повторил основные события его жизни, так как, по мнению сына, они соответствуют действительности. Тем не менее, зная склонность советских органов власти к конспирологии, я хотел проверить их подлинность, но в многочисленных публикациях Интернета повторяются, в основном, одни и те же версии. Но есть и отличия, что вызывает некоторые сомнения в подлинности опубликованной биографии. Так, на официальном сайте Архивы России в публикации документов о так называемом "Антисоветском объединенном троцкистско-зиновьевском центре", или, как в последнее время стали называть этот суд историки "Процесс 16-ти", сказано буквально следующее:

Подсудимые "процесса 16-ти", составляли две не связанные между собой группы. В одну входили известные большевики, участвовавшие в 1926-1927 гг. в "объединенном оппозиционном блоке": Г.Е. Зиновьев, Л.Б. Камене , Г.Е. Евдокимов, И.П. Бакаев, С.В. Мрачковский, В.А. Тер-Ваганян, И.Н. Смирнов. В другую - молодые члены германской компартии, эмигрировавшие в СССР: Е.А. Дрейцер, И.И. Рейнгольд, Р.В. Пикель, Э.С. Гольцман, Фриц Давид (И.-Д. Круглянский), В.П. Ольберг, К.Б. Берман-Юрин, М.И. Лурье, Н.Л. Лурье.[ Документы РГАСПИ о "процессе 16-ти". 1936 г. ]

Та же версия о немецких эмигрантах повторяется в книге известного российского историка, доктора философских наук, В. З. Роговина, "1937", Гл. II, Процесс 16-ти.

Фактологическая, но по-человечески очень понятная ошибка есть и в заключительном абзаце биографической справки, помещенной в Википедии. Многим известно Московское Донское кладбище как место, где были похоронены тысячи расстрелянных "изменников Родины" в годы сталинских репрессий. Поэтому не задумывался автор статьи в Википедии, когда написал о Пикеле Р.В.:

"В 1936 г. арестован по делу Антисоветского объединенного троцкистско-зиновьевского центра, приговорён к расстрелу. Похоронен на Донском кладбище..."

Лаконично и неточно. К сожалению, никто не знает, где он похоронен. Вот сообщение ФСБ от 16.02.01:

57.57 КБ

Не менее лаконично, и... очень бесчеловечно.
- " -

А теперь, собственно, главное, из-за чего я написал этот пост. До тех пор пока судьба старшего Ричарда Пикеля оставалась тайной соответствующих органов, его сын жил в сознании, что ничто уже не поможет ему найти следы отца, "пропавшего без вести" в водовороте революции и гражданской войны. Но когда завеса неизвестности чуть-чуть приоткрылась, и он увидел, что отец - не ещё один мифический революционер, "сгоревший в пожаре Гражданской войны" , а вполне реальный человек, оставивший свой след на многих политических и культурных поприщах страны, ему захотелось большего.

В той же статье Википедии всего одна строчка о родителях отца: "Сын литовки и англичанина." И это на сегодняшний день всё, что он знает о своем деде. Да и о бабе, с которой прошло его детство, он знает не больше. Хотя, нет. Он знает ещё, что деда звали Витольд (отец-то Ричард Витольдович!) и фамилия, скорее всего, Пикель. Вот, теперь уже действительно всё.

И волнует его, как встретились этот англичанин и литовка, что они делали в Тбилиси, где родился их сын, его отец Ричард Старший? Как потом оказались в Таганроге, где их сын учился на юридическом факультете Ростовского университета и какова их дальнейшая судьба? Может, были у отца ещё братья и сестры? Может, уехали они в те лихие годы подальше от пожара Гражданской войны, а сильно идейный сын остался строить новый мир? Как, при каких обстоятельствах встретил Ричард Старший свою будущую жену, родившую ещё одного Ричарда? Кто изображен на групповом снимке командиров РККА? А может, отец действительно из числа членов германской компартии, эмигрировавших в СССР?

Интернет приносит иногда ответы на самые неожиданные вопросы. Может, и в этот раз кто-то принесет Ричарду Младшему ответ хоть на один из его бесчисленных вопросов.

© А.Таль

UD-1 Чувствую, что есть необходимость дополнить этот текст "новой" информацией(насколько события тех лет можно назвать новыми).

Итак, вскоре после публикации в Википедии в статье про Пикеля Р.В. появилась следующая запись о его литературных произведениях:

Под редакцией и с предисловием Пикеля вышла, в частности, монография А. А. Гвоздева «Театр послевоенной Германии» (1933), предваряет его предисловие и мемуарные «Мои записки» В. Кригер (1930).

Есть также в книге "История атеизма" (И.П. Вороницын, М., 1928г) ссылка на книгу Р.В. Пикеля о Демокрите "Великий материалист древности", стр. 14. Об этой ссылке также говорится в статье из Википедии.

Интересную информацию получил я по электронной почте. Мне подсказали, что есть связь между личностью Р. Пикеля и... в жизни бы не догадался, - Майи Плисецкой. Конечно, обращаться и спрашивать о чем-то великую балерину я не стал, но Интернет очень быстро выдал мне все секреты. На сайте журнала "Чайка"#20(151) от 16 октября 2009 г. в очерке Азария Мессерера "Мама Ра. История семьи Мессерер" написано буквально следующее:

"…в 1992-93 годах, младший брат Рахили (имеется ввиду Рахиль Мессерер, мать Майи Плисецкой) Александр получил доступ к протоколам допросов Михаила Плисецкого(отец Майи). …Из пожелтевших страниц было предельно ясно, какой повод придумали следователи, чтобы расправиться с мужем Рахили. Верный своему принципу помогать друзьям в трудные минуты, он взял на работу на Шпицберген Р.В.Пикеля, когда тот уже был в опале за близость к Зиновьеву. В 1936 году Пикель выступил с "признаниями" на знаменитом публичном судилище Зиновьева, Каменева и других. В частности, он признавал свое "участие в покушении на жизнь Сталина". После расстрела Пикеля НКВД стал арестовывать всех, кто был связан с ним."

Вот, пока что всё "новое" из пришедшего после публикации этой статьи. Надеюсь, что это ещё не всё.

Спасибо всем, кто откликнулся на мою просьбу.

UD-2
Этот очерк заставил меня задуматься - почему в молодые годы нас так мало интересует прошлое наших родителей? Может быть, это дает нам какое-то эволюционное преимущество, и мы смелее смотрим в будущее? Делаем шаги, которые "в здравом уме и твердой памяти", т.е. используя опыт своих предшественников, мы бы не сделали? Многое можно придумать в оправдание нашего пренебрежения этим знанием. Однако хуже всего то, что всё это "канет в Лету", и только благодаря случаю какие-то события иногда выплывают оттуда.

Вот и в прошлом (богатом прошлом!) отца моего друга вдруг появилась новая деталь - первая жена, Надежда Андреевна Лиманова, старшая дочь гласного думы Ростова-на-Дону, Андрея Ивановича Лиманова и... племянницы Ростовского раввина, Локерман Розалии Самойловны. Такой поворот! Племянница, естественно крестилась. У них родились четверо детей - Надежда Андреевна и три брата. Надежда Андреевна училась в Ростовском университете на математическом факультете и параллельно в консерватории (тогда еще училище) на отделении фортепиано. Эти сведения, а также фотографию 20-х годов Надежды Андреевны с мужем Ричардом Витольдовичем Пикелем мне любезно прислала, проживающая в Москве жена племянника Надежды Андреевны, Нелли Христофоровна Лиманова-Осипова, которая долгие годы была с ней "в многолетних теплых родственных отношениях".

Н.А. и Р.В. Пикель


По электронной почте Нелли Христофоровна прислала стихи, которые нашла в архиве покойного мужа, Юрия Леонидовича Лиманова, и имеющие прямое отношение к супругам Пикель:

"Весенний день блестит как Никель
Во всю звонят колокола.
Чета младых супругов Пикель
Свежа, прекрасна, весела."
(Орфография и пунктуация сохранены)

Подписаны стихи так: "Пиита Архус 17/IV Москва 1922. На обороте еще пара куплетов о каком-то Габриэле Залукове, который "садится за рояль".

И ещё, Нелли Христофоровна рассказала о случайной встрече в консерватории Ричарда с тетей Диной, как по старой памяти она любовно называет Надежду Андреевну. "Знаю, - пишет Н.Х., - что при этой встрече он просил её вернуться, говорил, что скоро получает назначение в Париж. Она отказалась." Это было уже в 30-х годах. Очевидно в тот недолгий период, когда Ричард Пикель занимался литературной деятельностью, был зам. директора Камерного театра в Москве, ответственный редактор Союза Драматургов, член Союза Советских писателей и считал, что до Парижа рукой подать. Потом, судя по хронологии событий, он встретил Еву Владимировну Брацлавскую, они поженились. Сколько они прожили вместе, не известно, но арест, и последующая экзекуция не позволили сыну не только увидеть отца, но и узнать о нем на протяжении 50 с лишним лет.

Хочется верить, что на этом история Ричарда Витольдовича не кончается.

UPD. КОММУНАЛКА ДО 1936г.

Из воспоминаний бабушки Нины Садыковой (ninos2005)

"В меньшей из всех комнат, рядом с ванной, жила бывшая владелица квартиры с двумя мальчиками. Первый муж ее был красным командирам и погиб в гражданскую войну. Второй стал «растратчиком», т.е. украл казенные деньги и был осужден. Ее звали Варвара Михайловна Свиридова. Она была высокой, довольно миловидной женщиной и обладала общительным и легким характером. Ее служба кассиршей на тотализаторе ипподрома оплачивалось достаточно низко и (как я теперь понимаю) ей иногда приходилось «принимать гостей». Так и вижу ее на кухне, одетую в ветхий халатик, весело напевающую, с раскаленными щипцами в руках, распространяющую запах паленых волос. Старший сын ее, Алеша, был ровесником Рафы, и мы все его любили. Он погиб в 1941 г. Младший Юра был хитрым, занудливым и ябедой. Впоследствии он стал директором какого-то НИИ в Ленинграде и о матери совсем не заботился. Между Варварой Михайловной и нашей столовой до 1936 года жил Ричард Витольдович Пикель со своей матерью Станиславой Францевной. Он был высокомерным холеным красавцем и позволял себе вести в то время непонятную жизнь бонвивана, включавшую в себя рестораны и преферанс. Он поздно женился на хорошенькой еврейке, которая осталась на сносях, когда его расстреляли в 1936 году по первому процессу троцкистов-зиновьевцев, а всю семью выслали в Сызрань. Как и все партийные работники номенклатуры, он занимал самые разные должности - от директора Камерного театра до руководителя Угольный концессии на Шпицбергене. Станислава Францевна говорила с легким польским акцентом. Это была величественная старая дама с аккуратными седыми буклями, неизменно безупречно одетая, с широким кружевными воротничками. Не помню, чтобы она изменяла своей выдержке и благовоспитанности. Она обожала единственного сына, но не только боялась проявлять свое горе, но даже что-то произносила в его осуждение".
Tags: СССР, истории людей
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 33 comments